Лиля

Её звали Лиля — обаятельную брюнетку с волнистыми локонами до плеч. Были дни, когда я уверовала в национально — кавказскую принадлежность её персоны. Но то заочно, не будучи ещё знакомой с ней. Оказалось — Лиля молдаванка. Премиленькая такая молдаваночка. С выразительно — карими глазами и чувственным подбородком, слегка кокетливым даже, с вогнутой игривой ямочкой на нём. Сперва мы просто беседовали : обо всём и ни о чём, приличия ради — надо же что-то друг другу говорить. А потом она стала моей клиенткой. Стала клиенткой и общение трансформировалось в доверительно дружескую болтовню. Мы стриглись, сушились, в промежутках пили кофе и обменивались кой — каким информационным опытом. Лиля выучилась на парикмахера ещё там, у себя, на родине, но поработать пришлось не долго — рванула в Москву. В Москве всё иначе: и техника и люди и направление, что показалось ей будто знаний для работы недостаточно. Струхнула. Лиля живёт гражданским браком, но стабильно. Стабильнее не бывает. Арендуют дом на Ворошилова и в ус не дуют. Саша ( муж, то бишь ) маститый бизнесмен в столице, положив на Лильку глаз ещё до армии, не отказался от идеи жениться и вернувшись. Но как-то всё по — жизни закрутилось: сам приживался в Москве, она — в Кишинёве и лет на пять-семь судьба обоих сильно потрепала. Почему Лилька поехала с ним в Москву, сама не знает. Купилась, понимаешь ли, на достаток, серьёзность его намерений, а ещё потому, что чувствовала в нём мужика, всегда чувствовала, но…не любила. Не питала должных захватывающих эмоций, коленки у неё не дрожали, не всхлипывала от страсти. Стабильно, спокойно, комфортно — родился первенец. Не знала Лиля такой любви, не ведала. Тв и глянец, увы, не пропагандируют в эфире модель здоровых отношений, не видела она их с детства. Откуда ? Родители, как многие, скользнувшие в волну разрухи 90х не один год на грани развода. Так что мать её, женщина весьма практичная и ловкая, жизнь видавшая, одобрила рекомендацию на зятя, отпустив дочуру в путь не близкий. » Ведь он всё для меня делает, для сына, слова грубого от него не слышали » — тут случилась заминочка и Лиля вздохнула продолжив. » А я вообще никак. Он будто друг для меня, брат или папа «. Помню, я тогда мгновенно словила её последнее слово, но в совсем другой смысловой интерпретации и поддакнула ей, мол, раз так, кто-то другой ещё появится, быть может позже. Лиля не отрицала, возможно сама подумывала о том. Но т.к пространство-то «папино» пусто, никем не зарекомендовано ныне, а требует, требует, видишь ли, внутренней гравировочки. Посему подруга моя, то есть клиентка или приятельница никак не решится вместить в себя непривычную модельку несогласованных с её внутренним пониманием отношений. Нет такой картинки в её калейдоскопе, нет, не выучилась. Оттого-то, как воздух необходимы бабе чёртовы эмоции, этакие американские горки: вверх, вниз, вверх, вниз, так чтоб дух от неожиданности захватывало. Чтоб сегодня быть обласканной богиней, а завтра ненужной рабыней. Чтоб в мозгах трещало, в кишках урчало и всё именно, именно как у родителей. Как в её не стабильном прошлом. Ведь это ж и есть любовь, любовь, вашу мать, настоящая, а главное же понятийно так близка, так знакома. К шутам это ваше комфортное «братство» будем любиться, как дышится. И вот больная зависимость мгновенно бракует спокойный бытийный тыл, вычёркивает и стирает. Потому что чеканно папина модель привычных отношений давно заложенная в ней терпеливо ожидает своего непрожитого часа. А после, дева непременно оценит другое, то , что не умещается в ней пока, не находит должного местечка. Точно оценит, но после… и лишь бы не поздно только. С Лилькой мы больше не встречались. Как-то резко она выпала из моего поля зрения.


В рядах торговцев местного пошиба, с акцентом молдаванским есть женщина в годах, до невозможности похожая на Лильку. И можно уточнить, является ли кем она подруге, но я почему-то каждым разом не решаюсь. Расплачиваюсь и ухожу.

Leave a Comment